Формы девиантного поведения

Профилактика девиантного поведения — это комплекс мероприятий, направленных на его предупреждение. Кое-какие авторы (С. Я. Улицкий и соавт. 1983) все профилактические мероприятия условно делят на неспециализированные и особые. К неспециализированным относят политические и социально-экономические мероприятия, направленные на предстоящее увеличение благосостояния советских людей, улучшение их образования, труда и быта, прогресс науки, культуры и всего того, что содействует формированию нового человека, всестороннему формированию личности. Особые мероприятия, базируясь на неспециализированных, однако имеют кое-какие особенности при разных формах девиантного поведения.

Н. Я. Копыт, П. И. Сидоров (1986) выделяют следующие основные направления профилактики пьянства и пьянства: психогигиеническое, педагогическое, сани-тарно-гигиеническое, медико-социальное, здравоохра-ненческое, административно-правовое и экономическое. И. Г. Ураков (1983) в системе государственных мероприятий по профилактике пьянства выделяет ее административный, законодательный и медико-гигиенический аспекты.

Имеют свои особенности системы мероприятий, направленных на профилактику правонарушений (В. А. Пи-скарев, 1978; А. И. Долгова, 1981; В. Н. Кудрявцев и

соавт. 1986), суицидов (А. Г. Амбрумова, 1981), сексуальных девиаций (Д. Н. Исаев, В. Е. Каган, 1986) и т. д. Но для всех предлагаемых систематик свойственны схематизм и условность.

Опыт говорит о том, что перенос центра тяжести в цепи профилактических мероприятий на какие-то отдельные звенья заблаговременно обречен на неуспех, и лишь при гармоничном применении всего комплекса мероприятий (государственных, публичных, социально-экономических, медико-санитарных, психолого-педагогических, психогигиенических и др.) возможно сохранять надежду на положительные результаты (А. Ф. Скугаревский, В. Я. Федоров, 1978).

Профилактика девиантных форм поведения должна быть основана правилах партийности, научности, социальной активности и системности, следовательно, быть этиологичной, комплексной, дифференцированной и постепенной, а основное — носить систематический и наступательный темперамент.

Этиологичность профилактики содержится в действии на основные факторы (социальные, психологические, биологические), содействующие формированию отклоняющихся форм поведения.

Комплексность профилактики проявляется во взаимной заинтересованности и согласованной работе разных ведомств, министерств и экспертов. Профилактика девиантных форм поведения — задача общегосударственная, и успешное ее решение вероятно лишь при совместных координированных усилиях докторов, педагогов, юристов, сотрудников МВД, социологов, психологов, журналистов, комсомольских и партийных работников, и всей широкой сети государственных и публичных организаций.

Профилактика девиантных форм поведения обязана проводиться дифференцированно в отношении подростков и взрослых, обучающихся и своих родителей, быть разной для школьников и обучающихся ПТУ, студентов и рабочей молодежи, и учитывать, направлены ли эти меры на здоровых людей либо на лиц, неустойчивых в нервно-психическом отношении.

И наконец, профилактика нарушений поведения должна быть последовательной, постепенной. В соответствии с терминологии ВОЗ, выделяют первичную, вторичную и третичную профилактику.

Первичная профилактика есть наиболее массовой

и действенной. Мероприятия первичной профилактики направлены на ликвидацию негативных факторов (социальных и биологических), воздействующих на формирование девиантных форм поведения, либо на увеличение устойчивости личности к этим факторам. Основная задача вторичной профилактики — раннее выявление лиц с нервно-психическими нарушениями и проведение мероприятий, направленных на медико-педагогическую коррекцию их поведения. В последние годы не меньше актуальной задачей вторичной профилактики стало определение так называемых групп риска, т. е. подростков, у которых нет явных показателей девиантного поведения, но они больше других склонны к его формированию. Третичная профилактика — неприятность полностью медицин-

•ская, направленная на лечение болезней, сопровождающихся нарушением поведения. Ниже обращение отправится о первичной и частично о вторичной профилактике девиантного поведения.

1. Первичная профилактика

Первичная профилактика включает в себя три основных направления: 1) совершенствование социальной жизни людей; 2) устранение социальных факторов, содействующих формированию и проявлению девиантного

-поведения; 3) воспитание социально позитивно ориентированной личности.

Такая по большей части социальная направленность первичной профилактики в полной мере оправдана. В случае если правонарушения либо пьянство коренятся не во врожденных пороках, не в изюминках личности, а обусловлены по большей части социальными обстоятельствами, то и борьба с этими девиантными формами поведения обязана основываться в первую очередь на нормализации социальной среды. В случае если темперамент человека создается событиями,— писал К. Маркс,— то нужно, значит, сделать события человечными (Маркс К. Энгельс Ф. Соч. Т. 2. С. 145— 146).

Способы и формы профилактики смогут быть самыми разными: идеологическими, экономическими, культурно-воспитательными, организационно-управленческими, правовыми и т. д. Принципиально важно, дабы все они употреблялись комплексно и были направлены на единый итог — ликвидацию социальных обстоятельств, порождающих пьянство, правонарушения, половую распущенность, суи-

циды и др. а основное, дабы за этими мерами всегда был виден человек с его потребностями и личностными изюминками.

Совершенствование социальной жизни людей обеспечивается всем комплексом мероприятий, направленных на увеличение материального благосостояния, рост культуры (а также и гигиенической), образования и упрочнение таковой организации публичной жизни, которая имела возможность бы противостоять любым антиобщественным проявлениям.

Партия и правительство неоднократно показывали, что главным рычагом в борьбе с антиобщественным поведением есть увеличение культурного уровня жизни народа, совершенствование публичных взаимоотношений и создание условий для формирования гармоничной высокосознательной личности. В новой редакции Программы Компартии СССР, принятой на XXVII съезде КПСС, выделено: Партия считает необходимым существенно усилить внимание к социальным проблемам молодежи и в первую очередь к формированию и более полному удовлетворению публично значимых интересов и потребностей юношей и девушек в сфере труда и быта, образования и культуры, опытного и служебного роста, разумного применения свободного времени.

Очень тщательного внимания требует организация свободного времени подростков, потому, что малосодержательно проводимый досуг является одним из ведущих факторов, воздействующих на формирование и проявление девиантного поведения.

на данный момент партией и правительством созданы оптимальные условия для культурного роста и духовного совершенствования молодежи. Но эти процессы происходят не сходу. В. И. Ленин вследствие этого писал: Культурная задача не разрешиться так быстро, как задачи политические и военные. Политически победить возможно в эру обострения кризиса в пара недель. На войне возможно победить в пара месяцев, а культурно победить в таковой срок запрещено, по самому существу дела тут нужен срок более долгий, и нужно к этому более долгому сроку приспособиться, рассчитывая свою работу, проявляя громаднейшее упорство, настойчивость и систематичность (Поли. собр. соч. Т. 44. С. 174—175). Устранение негативных социальных факторов. Современные изучения показывают на прямую связь деви-

антного поведения с этими социальными факторами, как: 1) низкий уровень культуры и образования; 2) отрицательное влияние ближайшего окружения (дисгармоничная семья, неформальная группа с асоциальными тенденциями); 3) наличие лишнего времени и неумение проводить свой досуг; 4) терпимость общества к некоторым антиобщественным и безнравственным формам поведения; 5) высокая оплачиваемость некоторых видов неквалифицированного труда, не стимулирующая ребёнка к опытному росту и образованию; 6) низкий уровень идеологического воспитания (Т. Г. За-играев, 1980; Ю. П. Лисицын, Н. Я. Копыт, 1983; В. Н. Кудрявцев и соавт. 1986).

Особенное значение среди факторов, воздействующих на формирование тяжёлых подростков, имеет окружающая ребёнка микросреда, и прежде всего семья.

Говоря о роли семьи в формировании личности тяжёлого ребёнка, направляться иметь в виду, как минимум, два основных аспекта данной неприятности: внутрисемейные отношения и тип воспитания.

В настоящее время принято различать гармоничные и негармоничные семьи. В рамках негармоничных семей выделяют деструктивную, распадающуюся, распавшуюся, неполную и ригидную псевдосолидарную семью (Э. Г. Эйдемиллер, 1980, и др.).

Деструктивная с-емья отличается в первую очередь изолированностью отдельных ее членов, которая мешает согласию и одновременно с этим содействует созданию атмосферы эмоционального напряжения и конфликтности. В таковой семье тяжело выделить фаворита, значительно чаще любой живет своей жизнью. Основной порок деструктивной семьи — отсутствие душевной близости, адекватных эмоциональных контактов между отдельными ее членами. Довольно часто семьи бывают деструктивными, в случае если один из ее членов (родитель) душевнобольной либо злоупотребляет алкоголем.

Распадающаяся семья — семья, в которой конфликт между родителями достиг апогея. Назревает распад семьи. В большинстве случаев в конфликт вовлечены и дети. Враждующие родители либо видят в детях союзников, либо делают их козлами отпущения. Дети, в большинстве случаев, болезненно переживают распад семьи и принимают в большинстве случаев сторону одного из своих родителей, чаще того, кого считают обиженным.

Распавшаяся семья — семья, которую один из

своих родителей покинул, но продолжает поддерживать с ней контакты (так именуемые приходящие отцы либо матери) .

Неполная семья — семья, в которой отсутствует один из своих родителей (чаще папа). В литературе существует тенденция преувеличивать патогенное влияние неполной семьи на формирование тяжёлых подростков. Частенько мать, если она не психически больна и не ведет асоциальный образ жизни, воспитывает хороших, социально адаптированных детей и без отца. Примером тому может служить поколение людей, вежливых матерями в военные и послевоенные годы.

Ригидная псевдосолидарная семья отличается наличием главного фаворита, которому безоговорочно подчиняются все остальные ее члены. В таковой семье в большинстве случаев царствует насилие, твёрдая регламентация всей жизни и отсутствие эмоциональной теплоты.

Неправильное воспитание в негармоничной семье есть главной причиной формирования девиантного поведения у подростков. Выделяют следующие, чаще всего видящиеся, типы неправильного воспитания: гиперпротекцию, гипопротекцию, эмоциональное отвержение, условия твёрдого обращения и повышенной моральной ответственности (А. А. Вдовиченко и др. 1980; Э. Г. Эйдемиллер, 1980; А. Е. Личко, 1985).

Гиперпротекция проявляется мелочной опекой, твёрдым контролем за поведением, чрезмерным навязыванием собственной воли, что лишает ребёнка самостоятельности, инициативы, эмоции ответственности и долга (главная гиперпротекция). Часто при таком воспитании ребёнок делается центром внимания семьи, объектом обожания, кумиром. Его окружают атмосферой похвал, восхищения. Способности гиперболизируются, а отрицательные качества не замечаются. Родители готовы выполнить любое желание своего чада, оградить его от любой жизненной трудности (потворствующая гиперпротекция). Вариант гиперпротекции— воспитание в атмосфере культа болезни, довольно часто видящееся в семье, где ребенок имеет какой-либо физический недостаток либо страдает хроническим заболеванием (Е. С. Иванов, 1980).

Социальное созревание подростков, воспитанных в условиях гиперпротекции, чрезмерно затягивается. У них рано формируется эгоизм, рентовые установки, завы-

шенные претензии к обществу, а при лишении опеки быстро наступает социальная дезадаптация.

Г и по п рот е кция проявляется отсутствием внимания, интереса своих родителей к увлечениям и переживаниям ребёнка. Запреты и поощрения формально существуют, но не контролируются (скрытая гипопротекция). Довольно часто усилия своих родителей направлены на то, дабы оградить ребёнка от публичных порицаний и наказаний, что формирует обстановку бесконтрольности и вседозволенности (потворствующая гипопротекция).

Условия эмоционального отвержения характеризуются твёрдым обращением либо, напротив, выделенным вниманием к ребёнку, за которым прячется полное равнодушие. Такая обстановка складывается в семьях, где появляется мачеха либо сводные братья и сестры (воспитание по типу Золушки). Дети в большинстве случаев тонко ощущают фальшь во взаимоотношениях и не легко переживают роль лишнего, ненужного в семье.

Условия ожесточённых взаимоотношений проявляются нередкими наказаниями, побоями, муками (физическими и моральными) за мельчайшие проступки и непослушание. Формируются довольно часто в ригидных псевдосолидарных семьях либо в закрытых учреждениях для подростков, где процветают насилие, тирания вожаков, угнетение не сильный сильными.

Условия повышенной моральной ответственно с т и появляются там, где родители ожидают (и требуют) от ребёнка результатов намного больших, чем он может достигнуть реально. В таких семьях ребенок под протекторатом своих родителей должен в один момент нести пара непосильных нагрузок: превосходно обучаться в школе, изучать иностранные языки, заниматься музыкой, спортом. Все это часто оканчивается реакцией оппозиции, эмансипации либо содействует формированию психастенических черт характера.

Работа с семьями, в которых используются порочные способы воспитания, весьма тяжела, но именно она есть базой психогигиенического направления профилактики девиантных форм поведения. Такая работа должна быть разнообразной (публичная, педагогическая, психотерапевтическая, правовая и пр.), а основное— комплексной.

Серьёзный социальный фактор, содействующий формированию девиантного поведения, представляет собой

Отношения в обществе регулируются не только нравственными нормами, но и правом. Не обращая внимания на то что правовые нормы, так же как и моральные, в нашем обществе соблюдаются по большей части добровольно, однако сила принудительного характера, стоящая за правом, снабжает неукоснительное его соблюдение.

В условиях зрелого социализма идет процесс постоянного сближения права и нравственности, воображающих собой взаимосвязанные части единой надстройки социалистического общества. Являясь выражением воли всего народа, отражая интересы социалистического общества, и право и мораль преследуют единую цель (действие на поведение и сознание людей) и единую задачу (воспитание нового человека, формирование гармонически развитого гражданина — строителя коммунистического общества).

Многие правовые нормы прямо воспроизводят требования морали, другие — вытекают либо основываются на основных нравственных правилах. К примеру, таковой принцип, как забота о воспитании детей, отражен не только в Конституции, но и в брачно-домашнем законодательстве. В ст. 62 Кодекса о браке и семье БССР указывается, что родители обязаны воспитывать своих детей, заботиться об их физическом развитии и обучении, готовить к публично нужному труду. Родители, каковые уклоняются от исполнения своих обязанностей по воспитанию детей либо злоупотребляют своими родительскими правами, жестоко обращаются с детьми, оказывают вредное влияние на детей своим безнравственным антиобщественным поведением, смогут быть лишены родительских прав на основании ст. 70 Кодекса о браке и семье.

Э. А. Саркисова, А. Ф. Чередниченко (1983) выделяют следующие основные направления нравственно-правового воспитания: 1) формирование коммунистического отношения к труду, трудовым правам и обязанностям, дисциплине труда; 2) воспитание уважения к людям, их правам и интересам; 3) формирование эмоции ответственности и гражданского долга перед обществом; 4) воспитание уважения к законам и правилам социалистического общежития; 5) воспитание бережного отношения к социалистической собственности; 6) воспитание социальной активности, непримиримости к антиобщественным явлениям и поступкам.

Нравственно-правовое воспитание должно проводить-

ся везде: в семье, школе, подростковом коллективе. Формы и способы его не смогут быть строго стандартизированы, поскольку это лишь снижает их эффективность. По сути дела, каждая беседа, урок, публичное мероприятие могут служить базой для нравственно-правового воспитания.

Но знание норм права и морали еще не гарантирует нравственности и правомерности поведения. Эти знания покупают действенную силу лишь в том случае, если становятся убеждением.

Противоалкогольное воспитание, являясь составной частью воспитательной работы, направленной на формирование социально позитивно ориентированной личности, включает в себя в первую очередь санитарно-гигиениче-ское воспитание и формирование трезвеннических установок (Ю. П. Лисицын, Н. Я. Копыт, 1983; А. Н. Маюров, 1987).

Основные задачи санитарно-гигиенического противоалкогольного воспитания: 1) увеличение санитарной грамотности и культуры населения; 2) пропаганда здорового образа жизни; 3) искоренение вредных для здоровья привычек.

Опыт говорит о том, что не только дети, но и их родители мало знают о вреде, который приносит алкоголь формирующемуся организму. Изучения, проведенные Р. В. Кочетковой (1984) при помощи анонимного анкетирования населения одного из больших городов нашей страны, продемонстрировали, что 9,7 % обучающихся школ по большому счету не знают о том, что алкоголь владеет вредными свойствами, 10,7 % — одобряют приём спиртного родителями в выходные дни, а 74,8 % — по праздникам; 53,6 % городских обитателей не знают о недопустимости употребления алкоголя несовершеннолетними, а 13,8 % своих родителей допускают эпизодические выпивки подростков до 16-летнего возраста. Эти изучения наглядно характеризуют недостатки нашей антиалкогольной пропаганды, отмеченные в распоряжении ЦК КПСС О мерах по преодолению пьянства и пьянства (1985).

Детям и их родителям необходимо в доступной форме разъяснить, что алкоголь — не продукт питания и неотъемлемый атрибут многих традиций, а в первую очередь вещество с выраженным наркотическим действием. Он, так же как и наркотики, разрушающе действует на целый организм, и в первую очередь на клетки головного мозга. Алкоголь — универсальное средство, талантливое лишить

человека разума. В случае если деградация личности у взрослого человека, злоупотребляющего алкоголем, наступает в среднем через 10—15 лет, то у ребёнка — через 3— 4 года.

В противоалкогольной пропаганде среди подростков направляться кроме этого делать упор на том, что хроническое отравление алкоголем отрицательно воздействует на половые и детородные функции мужчин и дам. И. В. Стрельчук (1974) на громадном клиническом материале продемонстрировал, что нарушения половой функции отмечаются более чем у 30 % мужчин, страдающих пьянством. Как установлено изучениями, чем раньше ребёнок начинает выпивать и чем тяжелее стадия пьянства, тем больше выраженность и необратимость появляющихся у него половых расстройств (А. Нохуров, 1978).

Самое ужасное последствие пьянства и пьянства — неполноценные дети, рождающиеся у своих родителей, злоупотребляющих алкоголем. У некоторых детей нервно-психические расстройства смогут проявляться не сходу, а только по достижении ими подросткового и юношеского возраста.

Существует неверное представление о том, что неполноценные дети рождаются лишь в тех случаях, в случае если зачатие происходит в состоянии опьянения . Хроническая алкогольная интоксикация не меньше страшна, чем острое опьянение, особенно в случае если учесть, что алкоголь удерживается в тканях организма в среднем 10— 15 сут (Г. И. Езриелев, 1975).

Говоря о психологических аспектах противоалкогольной пропаганды, направляться подчернуть, что одностороннее запугивание подростков пагубным влиянием алкоголя на организм значительно чаще не дает нужного результата. Это происходит, во-первых, вследствие того что изображенная на красочном плакате печень алкоголика либо Кроме того заспиртованный в банке уродливый зародыш представляются ребёнку далекой абстракцией, не имеющей к нему прямого отношения. Во-вторых, психологи знают, что лишь негативные стимулы не смогут длительно и действенно определять сложное жизненное поведение. Необходимы позитивные элементы, возможности, цели, мотивы, для которых нужно устоять перед соблазном выпить со сверстниками в хорошей компании.

В противоалкогольной пропаганде принципиально важно не только наглядно продемонстрировать, из-за чего не хорошо выпивать, еще серьёзнее доказать, из-за чего хорошо не выпивать. И тут мало одних де-

кларативных заявлений и императивных утверждений. Необходимы конкретные, доступные восприятию и пониманию ребёнка примеры, подтверждающие и иллюстрирующие положение о том, что быть трезвым увлекательнее и нужнее, чем пьяным.

Стратегия противоалкогольной пропаганды среди подростков и их своих родителей должна быть основана на принципе полного запрещения детям употребления спиртных напитков. Бессчётные наблюдения говорят о том, что базы пьянства как стереотип поведения закладываются как раз в подростковом возрасте и стремительнее, чем у взрослых, приводят к формированию пьянства (Н. Е. Буторина и соавт. 1978; М. Д. Пятое, Н. Г. Шуйский, 1983; В. Т. Кондрашенко, 1986). /

Правовой базой противоалкогольной пропаганды среди своих родителей будет закон, предусматривающий ответственность взрослых за вовлечение в пьянство детей и подростков.

Одним из дорог формирования трезвеннических установок среди детей и подростков есть система противоалкогольного воспитания в школе, которой на данный момент придается государственное значение. В распоряжении Совета Министров СССР О мерах по преодолению пьянства и пьянства, искоренению самогоноварения (1985) Министерству просвещения СССР, Госкомитету СССР по профессионально-техническому образованию и Министерству высшего и среднего особого образования СССР указано на необходимость предусмотреть вопросы антиалкогольного воспитания в курсах публично-политических, гуманитарных и естественных дисциплин, изучаемых в школах, профессионально-технических училищах, высших и средних учебных заведениях.

Базу противоалкогольного воспитания и просвещения в школе составляют:

противоалкогольное просвещение как целостная система противоалкогольного воспитания, которое должно проводиться в течении всех лет обучения и направляться на формирование в сознании детей и подростков нетерпимого отношения к любым проявлениям пьянства и пьянства;

постепенное, с учетом возрастных и психологических изюминок обучающихся раскрытие отрицательного влияния алкоголя на здоровье человека и жизнь общества в целом;

Приведение противоалкогольной работы в Школах в основном силами преподавателей с приглашением для чтения отдельных лекций экспертов (медиков, юристов, социологов и др.);

распространение противоалкогольного просвещения и на своих родителей обучающихся.

Работа с родителями обязана носить дифференцированный темперамент (для своих родителей младших, старших учеников). С целью этого, как показывает практика, оптимальнее применять родительские собрания.

не меньше актуальна неприятность противоалкогольного воспитания обучающихся профессионально-технических училищ, средних особых учебных заведений, студентов, рабочей молодежи промышленных и сельскохозяйственных фирм. Опыт свидетельствует, что противоалкогольная работа среди этого контингента молодежи, как ни в каких других особых группах, обязана носить комплексный и дифференцированный темперамент.

При планировании и проведении мероприятий по противоалкогольному воспитанию направляться не забывать о том, что дети весьма наблюдательны, чувствительны и склонны к подражательству. Наряду с этим предметом подражания значительно чаще помогают не декларативно-императивные утверждения о том, что пьянствовать запрещено, вредно, а образ жизни, поступки, поведение взрослых людей.

хорошим примером трезвого поведения может служить жизнь В. И. Ленина. Вот лишь один эпизод из воспоминаний -А. Н. Емельянова о В. И. Ленине (Юный коммунист. 1975. № 4). В. И. Ленин прятался у отца А. Н. Емельянова в Разливе. Папа Александра Николаевича дал совет Владимиру Ильичу закурить для дыма против комаров. Нет,— возразил Ленин,— для комаров привыкать к данной страстишке не следует. Вредная страстишка. Небольшая, а вредная. И продолжал с лукавой иронией: Так я прожил неинтересную жизнь, не курил, не выпивал вина. А увлекательную все-таки жизнь, как вы думаете?

Совсем не выпивали спиртного и большая часть соратников В. И. Ленина: Ф. Э. Дзержинский, Н. А. Семашко, М. И. Калинин, Я. М. Свердлов и др.

Прошло три года по окончании принятия противоалкогольного законодательства, и уже возможно сказать о сдвигах в борьбе с пьянством и пьянством. В распоряжении июньского (1987 г.) Пленума ЦК КПСС О ходе исполнения распоряжений ЦК КПСС по преодолению пьянст-

ва и пьянства и активизации данной работы отмечено, что потребление спиртных напитков в 1986 году снизилось если сравнивать с 1984 годом практически вдвое. Сократились утраты рабочего времени из-за прогулов. На треть уменьшилось число лиц, доставлявшихся в мед— вытрезвитель, на 26 процентов — количество правонарушений, совершаемых на почве пьянства. Снизился производственный и бытовой травматизм. Существенно уменьшилось число пострадавших в следствии автоаварий. В первый раз за многие годы в стране снизилась смертность людей.

Но неприятность пьянства еще далека от своего решения.

не меньше суровым явлением, особенно среди подростков, становятся все нарастающие в последние годы наркомании и токсикомании. В ряде регионов страны использование наркотиков, психотропных средств, вдыхание эфиросодержащих и других одурманивающих химических средств принимают широкие масштабы. Нередки случаи, в то время, когда нюхальщики планируют группами и старшие дети передают свой опыт младшим.

По количеству тяжелых осложнений и смертельных финалов прием наркотиков и токсикоманических веществ существенно превосходит пьянство. Профилактика и борьба с этим суровым социальным явлением требует внимания и усилий не только докторов, но и самых широких слоев общества.

Половое воспитание. Профилактика сексуальных отклонений, так же как и других форм девиантного поведения, не разрешиться лишь силами медицины, но как раз медицина формирует основные направления их предупреждения и осуществляет ряд социальных профилактических мер.

Согласно точки зрения Д. Н. Исаева, В. Е. Кагана (1986), профилактика сексуальных девиаций в широком смысле представлена психогигиенически ориентированным половым воспитанием. Одновременно с этим половое воспитание есть неотъемлемым элементом нравственного воспитания, а исходя из этого тесно связано с рядом педагогических и социальных неприятностей.

Половое воспитание — это система медико-педагогических мероприятий, направленных на гармоническое развитие подрастающего поколения, формирование у молодежи верного отношения к вопросам пола, содействующих увеличению сексологических знаний, пол-

неценному отношению к детородной функции, соблюдению нравственных норм в половом поведении, упрочнению эмоции ответственности за здоровье и благополучие будущей семьи.

Формы девиантного поведения

Основная задача полового воспитания, согласно точки зрения И. С. Кона (1978), состоит не в том, дабы спасти, предохранить людей от сексуальности, а в том, дабы научить их руководить данной достаточно ответственной стороной жизни.

Любопытно, что взоры на половое воспитание молодежи в разных государствах неодинаковы. Так, в случае если в Дании, Швеции, ГДР, ФРГ, Англии, Польше, Чехословакии к половому воспитанию детей относятся благосклонно, поощряют его, то в Италии, Турции, Греции, Алжире, напротив, считают, что излишняя информация, касающаяся взаимоотношения полов, лишь развращает молодежь (Д. Н. Исаев, 1979).

Столетиями люди разглядывали все относящееся к полу как что-то постыдное, не подлежащее дискуссии. Громадную роль в этом сыграла религия, которая постоянно рассматривала все плотское как пагубное и безнравственное.

Но опыт говорит о том, что знания сами по себе не смогут развратить человека. Более того, устойчивые нравственные позиции формируются только в следствии постоянного и долгого культивирования их с раннего детского возраста.

У нас в стране на данный момент взят курс на всестороннее и комплексное половое воспитание детей и подростков. С 1983 г. согласно решению Министерства просвещения СССР в школах введены обязательные курсы: Гигиеническое половое воспитание (8-й класс) и Этика и психология супружеской жизни (9—10-й классы).

Наровне со школами половое воспитание реализовывают медицинские учреждения, органы санитарного просвещения, домашние консультации, радио, телевидение, кино, литература, искусство и т. д. Но основным очагом направленного полового воспитания может стать лишь семья. Но для этого нужно, дабы родители были верно ориентированы в психогигиенических нормах, и имели представление об основных способах и целях полового воспитания. Из этого следует, что половое воспитание детей должно начинаться с полового воспитания своих родителей (воспитателей).

Организация полового воспитания требует согласования усилий семьи, школы, средств массовой информации, медицинских и публичных учреждений. Принципиально важно, что-

бы доктор не подменял педагога, педагог — доктора, а тот и другой совместно — не делали функцию своих родителей. Успех полового воспитания вероятен лишь при совместных и согласованных усилиях своих родителей, преподавателей, докторов, юристов, психологов, социологов, журналистов и всего населения.

Половое воспитание должно быть дифференцированным и иметь четкий адрес: дети, дети, юноши, родители, педагоги и т. д. учитывать уровень культуры окружающей микросреды, и пол и возрастные интересы подростков.

Как мы знаем, что подростков младшего возраста по большей части интересуют вопросы физического развития, анатомия и физиология пола, тогда как более старших больше тревожит психология отношения полов, такие понятия, как дружба, любовь, семья.

Информация, применяемая для полового воспитания, должна быть ясной, доступной и в обязательном порядке правдивой. В этом содержится основная трудность и искусство воспитателя. Ребенок 5—6 лет значительно чаще еще не имеет возможности до конца осознать физиологию взаимоотношения полов, механизм, а основное — социальную сущность зачатия, развития плода, родов и т. д. Одновременно с этим такие аргументы взрослых: Вырастешь — определишь либо информация типа аллегорий (аист принес, в капусте нашли) не облегчают, а лишь запутывают дело. Это ведет к тому, что ребенок определит о том же самом на улице, от более умелых сверстников, но уже не в той форме, в какой бы хотелось воспитателю. Явным проигрышем полового воспитания есть тот факт, что, разговаривая с ребёнком, мы значительно чаще обсуждаем с ним те вопросы, каковые интересовали его пара лет тому назад и каковые он уже успел уяснить для себя из других источников.

Половое воспитание лишь тогда дает необходимые плоды, в то время, когда оно основано на взаимном доверии взрослого и ребёнка. В случае если же воспитатель относится к сексуальным проблемам ребёнка с гордостью, непониманием, насмешками, это лишь провоцирует сексуальные девиации.

В ходе полового воспитания нужно стремиться к тому, дабы ребёнку прививались чистые, лишенные пошлости взоры на взаимоотношения полов. Крайне важно воспитать устойчивое положительное отношение к семье, беременности, рождению и воспитанию

детей. Опыт говорит о том, что чем раньше ребенок получает правдивую и нравственную данные по интересующим его вопросам, тем вернее формируются его взоры на эту ответственную сторону жизни (Д. Н. Исаев, В. Е. Каган, 1986; Огаззе. 1967).

Формы девиантного поведения

Методика полового воспитания должна быть выстроена так, дабы рассказы о психофизиологии пола и демонстрация соответствующих иллюстраций не содействовали возбуждению полового влечения подростков. В этом случае ребёнку целесообразно напомнить о пути его собственного развития, о счастье и ответственности материнства, переведя тем самым будоражащую притягательность секса в иное русло.

В подростковом возрасте в отличие от детского все большее значение покупают санитарно-гигиенические аспекты полового воспитания. Нужно заблаговременно под—готовить девочек к началу менструаций, мальчиков — к появлению поллюций. Ребёнок должен знать, что долгое половое воздержание в этом возрасте не приносит никакого физического либо духовного вреда. Одновременно с этим раннее начало половой жизни может поставить под угрозу здоровье, учебу и всю личную жизнь, как собственную, так и полового партнера. Особенный вред юный даме приносят гормональные противозачаточные средства и ранний аборт. Изучения последних лет продемонстрировали, что первый аборт, сделанный кроме того в медицинском учреждении, в 30 % случаев ведет к бесплодию (КгеЬсЬуП, 1982, и др.).

Ребёнка нужно познакомить с нормами полового поведения, и с отклонениями от принятых норм. Это может предохранить его от многих ненужных трудностей и ошибок.

Принципиально важно, дабы юные люди понимали, что половое поведение — одно из проявлений межличностных взаимоотношений, а исходя из этого подчинено неспециализированным моральным правилам нашего общества.

Пути и способы полового воспитания должны различаться широтой диапазона и творчеством. Основное — создать условия, помогающие формированию у ребёнка внутренней позиции, снабжающей социально-нравственное становление личности, и не сводить воспитание к морализированию, внушениям, назиданиям и поучениям, а тем более к принуждению.

Несложнее всего запретить ребёнку половые связи до определенного возраста. Но, как показывает практика,

лишь запрет, без достаточной информации о физиологии пола, возможности зачатия, о вреде аборта, неполноценности детей незрелых своих родителей, психической и физической травматизации беременной девочки, в большинстве случаев, выясняется малоэффективным.

2. Вторичная профилактика

Вторичная профилактика включает в себя следующие основные направления: 1) определение факторов риска и выделение так называемых групп профилактического учета по разным формам девиантного поведения; 2) раннее и активное выявление лиц с нервно-психическими нарушениями и 3) медицинскую коррекцию распознанных болезней, осложненных нарушениями поведения.

Изучение факторов риска девиантного поведения дает ‘дополнительные возможности прогнозировать отдельные :формы отклонений, а следовательно, планировать и проводить конкретные мероприятия по их профилактике.

В частности, созданы особые карты повышенного суицидального риска, куда включены наиболеечастые обстоятельства суицидов и факторы, содействующие суицидальному поведению (Н. Б. Конанчук, 1981;А. Г. Амбрумова, 1983, и др.). *

Выделяют экстраперсональные и интроперсональные. факторы повышенного суицидального риска. Наиболееважные экстраперсональные факторы: 1) психозы и по- Лграничные психические расстройства; 2) суицидальные ; |высказывания, повторные суицидальные действия, пост- у, суицидальный период (до 3 мес); 3) подростковый возраст; 4) экстремальные, особенно так именуемые маргинальные условия (работа в армии, долгие экспедиции, заключение, вынужденное одиночество и т. п.);5) потеря домашнего и публичного престижа, особенно .в группе сверстников; 6) конфликтная психотравмирую-щая обстановка; 7) пьянство, потребление наркотиков итоксикоманических средств.

Кое-какие авторы (Э. А. Чомарян, 1983) громадное внимание при определении факторов суицидального рис- — (. Iка у подростков придают подражательным тенденциям, ‘ • |характерным этому возрасту. •.’! ‘

К интроперсональным факторам повышенного суици- |дальнего риска относят: 1) особенности характера, пре- ]имущественно шизоидного, сенситивного, эпилептоидного |и психастенического типов; 2) сниженную толерантность Г

7 Зак. 1168 177 Г|

к эмоциональным нагрузкам; 3) неполноценность коммуникативных контактных систем; 4) неадекватную личностным возможностям самооценку; 5) отсутствие либо потерю целевых установок, лежащих в базе ценности жизни.

Но при определении настоящего суицидального риска (суицидального потенциала — \Уез1, Уаз1о, 1982) нужно учитывать не только факторы, содействующие суициду, но и факторы, удерживающие человека от суицидального поведения. Антисуицидальными факторами считают: 1) выраженную эмоциональную привязанность к родным; 2) родственные обязанности; 3) чувство гражданского долга, понятие о чести, дружеские привязанности; 4) зависимость от публичного мнения, особенно от мнения товарищей, представление о трусости, позорности суицида; 5) наличие замыслов, определяющих цель в жизни.

Наиболее серьёзными факторами риска формирования пьянства и пьянства у подростков являются: 1) ранний возраст начала алкоголизации (10—12 лет); 2) личный темперамент реакций организма на алкоголь (высокая изначальная толерантность и др.); 3) негативные микросоциальные условия (семья пьяниц, асоциальная группа сверстников); 4) особенности характера, в основном эксплозивного, неустойчивого, эпилептоидного и гипертимного типов; 5) отягощенная наследственность; 6) пограничные нервно-психические расстройства.

Н. Я. Копыт, П. И. Сидоров (1986) к факторам, содействующим формированию групп риска по пьянству, относят: 1) пренебрежительное отношение подростков к своим социальным функциям и обязанностям;

2) отсутствие устойчивых личных увлечений;

3) наличие лишнего времени; 4) неумение содержательно проводить досуг; 5) противозаконное поведение; 6) не хорошо поставленное противоалкогольное воспитание.

Выделены факторы риска преступного поведения (В. Я. Семке и соавт. 1982; В. Н. Кудрявцев и соавт. 1986) и формирования сексуальных девиаций (Г. С. Ва-сильченко, 1977; А..Е. Личко, 1983; Д. Н. Исаев, В. Е. Каган, 1986; 1гшеНп5К1, 1982).

Кое-какие авторы (Ю. М. Антонян и соавт. 1986) не без оснований уверены в том, что личное прогнозирование девиантного поведения вероятно на основании изучения качественных и количественных показателей

показателей) его мотивации. Обобщая данные литературы и свой опыт, авторы выделяют три основные группы таких показателей: 1) внешние условия мотивации (события жизни, воспитания, деятельности, досуга и т. д.);

Формы девиантного поведения

2) внутренние условия мотивации (личные особенности личности); 3) обычные мотивации субъекта _ (мотивации, обусловливающие сотрудничества личности и среды).

А. Е. Личко, И. Ю. Лавский (1986), исследуя медико-психологические аспекты неприятности, выделяют следующие показатели большого риска патологических нарушений поведения у подростков: 1) высокие показатели психологической склонности к делинквентности и алкоголизации; 2) акцентуации характера неустойчивого типа;

3) высокие показатели эмоциональной лабильности, эпи-лептоидности, истероидности; 4) резко выраженные реакции эмансипации либо диссимуляции личностных взаимоотношений; 5) очень низкую конформность.

Из подростков с повышенным риском к той либо другой форме девиантного поведения (пьянство, правонарушения, суициды, сексуальные девиации) формируются так именуемые группы профилактического учета. Эти группы нельзя считать девиантными, но с ними, как и с каждый группой риска, должна быть усилена профилактическая работа.

Выявление лиц с нервно-психическими расстройствами. В настоящее время в отечественной науке сформировалось устойчивое вывод о том, что отклонения в поведении, особенно такие его формы, как правонарушения, пьянство, половая распущенность, суицидальные действия, смогут быть как у больных, так и у здоровых в нервно-психическом отношении людей (В. В. Ковалев, 1981; А. Г. Амбрумова, 1983; А. Е. Личко, 1983; В. Н. Кудрявцев и соавт. 1986).

Таковой подход к проблеме имеет принципиальное значение, потому, что во многом определяет тактику профилактических мероприятий: в первом случае это по большей части меры медицинского характера (раннее выявление, учет, лечение, трудоустройство и т. д.); во втором — меры воспитательного и правоохранительного порядка.

Количество лиц с нервно-психическими расстройствами среди подростков с нарушениями поведения, согласно данным большинства авторов, колеблется в среднем в пределах 25—55 % (В. Я. Семке и соавт. 1982; Н. И. Емель-янцева, 1986, и др.).

Ю. М. Антонин и соавт. (1979) при обследовании большой группы правонарушителей нашли, что психически здоровые среди них составили 26,6 %; вменяемые, но с показателями разных нервно-психических расстройств— 58,3%. Среди нервно-психических расстройств, не исключающих вменяемость, на первом месте .стоят последствия органического, а также и травматического, поражения головного мозга (36,7 %), после этого психопатии и психопатоподобные состояния (32,4 %) и олигофрении (16 %).

В. Я- Семке и соавт. (1982) при обследовании 386 детей и подростков (10—16 лет), обучавшихся в школе для несовершеннолетних правонарушителей, распознали социально-педагогическую запущенность (психически здоровые) в 45 % случаев, патохарактерологические расстройства— в 38%, невротические расстройства — в 9,6%, психоорганические нарушения — в 6,5 % и задержку умственного развития — в 0,78 % случаев.

Нами (совместно с Н. И. Емельянцевой и С. А. Холод) при обследовании подростков в возрасте 15—18 лет, пребывавших в связи с правонарушениями на учете в инспекции по делам несовершеннолетних, психические расстройства распознаны у 42,8 % из них. Наряду с этим психопатия диагностирована у 20,7 % обследованных, отдаленные последствия органического поражения головного мозга — у 6,8%, пьянство, наркомании и токсикома-нии — у 5 %, олигофрения — у 3,5 %.

Пестрота взятых различными авторами результатов разъясняется главным образом неоднородностью изучаемого контингента (неспециализированная популяция, школа для несовершеннолетних правонарушителей, психиатрический стационар). Однако все авторы сходятся во мнении, что среди психических расстройств, видящихся у несовершеннолетних правонарушителей, одно из первых мест занимает психопатия. Это дало предлог некоторым исследователям (А. К. Ленц, 1927) идентифицировать такие понятия, как психопат — социопат — врожденный преступник. Подобные же мнения высказывались зарубежными авторами и в более позднее время (МШе. 1959; 5Ыг1еу, 1963; аошгщег, 1982, и др.).

Видные отечественные психиатры (В. П. Осипов, П. Б. Ганнушкин, Н. Н. Тимофеев и др.) неизменно четко отграничивали правонарушения у лиц, страдающих психопатией, от правонарушений у психически здоровых, но асоциально ориентированных личностей.

В. П. Осипов (1944) ввел термин псевдопсихопатия. В наше время более широкое распространение взяло понятие о микросоциально-педагогической запущенности (В. В. Ковалев, 1976). Микросоциально-педагогическая запущенность отличается от психопатии в первую очередь отсутствием патологической динамики личности, большей изобретательностью поведения в зависимости от микросреды и ситуации, изменчивостью, переключае-мостью поведения в разных условиях и при исполнении ребёнком разных социальных ролей, более выраженным самоконтролем. В. В. Ковалев (1981) в качестве дополнительного показателя микросоциально-педагогической запущенности выделяет отсутствие невротических и соматовегетативных нарушений.

Пьянство как девиантную форму поведения приходится дифференцировать, с одной стороны, с начальными стадиями пьянства, с другой — с нервно-психическими болезнями, часто сопровождающимися злоупотреблением алкоголем.

Согласно данным В. А. Гурьевой, В. Я- Гиндикина (1980), обследовавших подростков с бытовым пьянством, психопаты составили 35,2% (среди взрослых—17,2%). Авторы показывают на нередкое сочетание пьянства у подростков с невротическими (55,3 %) и аффективными (46,2 %) расстройствами.

Среди обследованных нами подростков с показателями пьянства (эпизодическое нередкое и систематическое) 24,8 % составили психопаты, 12,4 % —лица с отдаленными последствиями органического поражения головного мозга и психопатизацией личности, 10 % — олигофрены (легкая и умеренная степень дебильности), 9 % —лица с другими психическими нарушениями и 43,8 % ^— фактически здоровые дети с выраженной социальной и педагогической запущенностью.

При обследовании 886 подростков и юношей (15— 20 лет) с суицидальным поведением (196 суицидов и 690 покушений) распознано, что приблизительно 26 % суицидальных действий были связаны с психическими болезнями, из них 10 % — с острыми и хроническими психозами и 16 % — с пограничными нервно-психическими расстройствами.

При обследовании группы подростков с сексуальными девиациями психические нарушения были обнаружены нами у 38,6 % из них.

На особенности отдельных форм нарушения поведения в рамках разных болезней показывают многие авторы (М. Ш. Вроно, 1981; С. Ф. Озерецковский, 1981; А. Е. Личко, 1983; Д. Н. Исаев, В. Е. Каган, 1986, и др.).

На прошедшем в 1986 г. интернациональном симпозиуме на тему Патологические формы девиантного поведения у детей и подростков большая часть докладов было посвящено изюминкам нарушения поведения при разных психических болезнях. Подобные изучения, без сомнений, перспективны, поскольку содействуют отграничению социально-педагогической запущенности от психических болезней, а основное, разрешают выработать дифференцированные и конкретные мероприятия, направленные на профилактику и коррекцию разных форм нарушения поведения.

Медицинская коррекция нарушений поведения. Вычислена на лиц с нервно-психическими расстройствами, а следовательно, есть частью более широкой системы лечебно-педагогических мероприятий. В практической. работе доктора громаднейшее распространение взяли два основных способа коррекции поведения: психотерапевтический и медикаментозный.

Психотерапевтический способ коррекции. Психотерапия — система лечебного действия на психику, а через психику — на поведение больного. Психотерапия разрешает перестраивать личность, содействует психологической и социальной переориентации больного.

Способ психотерапии есть специфическим, поскольку эффект при его применении достигается не физическими либо химическими свойствами лечебного фактора, а посредством информации, которую он в себе несет.

С целью коррекции поведения чаще других используют такие способы психотерапии, как убеждение (рациональная психотерапия), внушение, самовнушение и домашняя психотерапия. В последние годы все шире используется личностно-ориентированная (реконструктивная) психотерапия (В. Н. Мясищев, 1960; Б. Д. Карва-сарский, 1985, и др.).

Рациональная психотерапия — способ, в базе которого лежит убеждение. Основатель способа швейцарский невропатолог ОиЫмз (1912) думал, что многие нервно-психические расстройства и связанные с ними нарушения поведения являются в первую очередь следствием неправильных представлений, ошибочных умо-

заключений и суждений, а исходя из этого в базу их коррекции должны быть положены логические доказательства и разъяснения.

Д. В. Пашков (1979) основной суть рациональной психотерапии видит в планомерном обучении больного законам логики и демонстрации в ходе обучения логических ошибок, содействующих его дезадаптации в среде.

Разговаривая с больным, доктор должен убедить его в том, что пьянство, правонарушения либо суицид — не лучший метод решения жизненных неприятностей, что виной его порочного поведения есть не столько конфликтная обстановка в семье либо школе, сколько он сам. Принципиально важно вместе с ребёнком проанализировать создавшуюся обстановку, узнать подлинные обстоятельства, приведшие к нарушению поведения, а основное, убедить ребёнка в необходимости поменять свою жизненную позицию. Для для того чтобы диалога доктор должен в первую очередь добиться полного доверия больного, знать его внутренний мир, хорошо разбираться во всех сложностях окружающей его микросреды.

Согласно точки зрения И. С. Павлова (1980), при проведении рациональной психотерапии доктор совместно с больным должен узнать следующие основные вопросы: 1) каким больной считает себя; 2) каким он желает быть в оценке окружающих; 3) каким его считают другие; 4) каков он в действительности; 5) какой ущерб приносит ему его неправильное поведение (пьянство и пр.). В следствии этого у ребёнка формируется верное самосознание, самооценка, что повышает эффективность лечения.

Психотерапию необходимо проводить с учетом личностных изюминок больного. В этом отношении практический интерес воображает созданная А. Е. Личко и соавт. (1979, 1983) схема показаний к различным способам психотерапии в зависимости от типа акцентуации характера.

Рациональная психотерапия в той либо другой мере сочетается, а время от времени и переплетается с внушением. Суггестивная направленность беседы усиливает ее психотерапевтический эффект.

Основным преимуществом рациональной психотерапии есть то, что больной участвует в коррекции своего поведения, но это возможно и недостатком способа, в случае если ребёнок очень плохо относится к лечению.

Внушение (зид^езШ) отличается от убеждения в

основном тем, что информация при нем воспринимается без критической оценки.

Верификация информации не редкость снижена в детском и подростковом возрасте, при определенном состоянии головного мозга (частичный сон), у лиц с низким интеллектом, у истероидных психопатов, пьяниц, наркоманов и т. д. Чем ниже верификация информации, тем выше внушаемость.

Различают прямое и косвенное внушение. Реализация прямого внушения связана конкретно со словом доктора. Наряду с этим больной в большинстве случаев может установить связь между произведенным внушением и вызванным им действием.

При косвенном внушении прибегают к помощи добавочного (промежуточного) раздражителя, с которым больной, в большинстве случаев, и связывает полученный лечебный эффект. Промежуточным раздражителем возможно воздействие доктора либо искусственно созданная им суггестивная обстановка, индифферентное вещество, физиотерапевтическая либо диагностическая процедура. Больному возможно дать индифферентный порошок и внушить: Вы на данный момент примете порошок. Он владеет успокаивающим действием. Через 15 мин вы станете спокойным и уравновешенным. В последующем станете принимать порошок 3 раза в сутки, и поведение ваше изменится.

Возможно оросить ребёнку заднюю стенку глотки небольшой дозой хлорэтила и внушить ему, что принимать спиртное в течение года он больше не сможет. Возможно провести любую мануальную либо физиотерапевтическую процедуру и внушить бодрое самочувствие, исчезновение болей, нормализацию сна и т. д. Наряду с этим не имеет значение, какой промежуточный раздражитель испо’ль-зуется. Принципиально важно, кто и как его применяет.

Лечебное свойство косвенного внушения обширно применяли в своей практике такие видные клиницисты, как М. Я. Мудров, С. П. Боткин. На косвенном внушении основываются терапевтические удачи бессчётных на данный момент народных целителей и чудеса экстрасенсов.

Лечебное (равно как и патогенное) свойство внушения известно в далеком прошлом. Слово, сказанное в определенной обстановке либо опосредованное действием, может вылечить либо убить человека. К сожалению, Сейчас доктора редко применяют в своей практике данный замечательный

лечебный фактор, чаще отдавая его на откуп знахарям и шарлатанам.

Внушение с лечебной целью может проводиться как в бодрствующем состоянии, так и на протяжении сна (естественного, гипнотического, медикаментозного).

Внушение в состоянии гипнотического сна. Физиологические механизмы гипнотического состояния еще не хватает ясны. Обморок характеризуют как искусственно приведённую к психологической защите (В. Е. Рожнов, И. М. Бурно, 1976), состояние деланного выводы сознания (А. М. Свядощ, 1971), доминантное возбуждение (И. М. Аптер, 1977).

И. П. Павлов разглядывал обморок как условно-рефлекторный, частичный сон, при котором через сторожевой пункт поддерживается контакт между лациен-том и психотерапевтом.

На протяжении гипнотического сна положительный тонус коры головного мозга снижен. В определенном участке ее слово-раздражитель концентрирует очаг возбуждения, который по закону отрицательной индукции и благодаря малому сопротивлению в тот же час же ограничивается широкой территорией торможения. Благодаря этого слово-приказ есть совсем изолированным от всех влияний и исходя из этого получает особенную силу.

В лечебной практике используются по большей части два способа вызывания гипнотического сна: способ действия многократно повторяющимися монотонными раздражителями, к примеру словесными (вербальный способ), и шоковый способ, при котором гипнотический сон вызывается действием сильного раздражителя (громкий звук, вспышка света и др.) в сочетании с окончательным приказом: дремать!.

На основании этих способов в настоящее время создано множество вариантов техники гипнотизирования, детально обрисованных в монографиях последних лет (А. М. Свядощ, 1982; Б. Д. Карвасарский, 1985; В. Е. Рожнов и соавт. 1985, и др.).

Успех вызывания гипнотического состояния и проводимого внушения во многом определяется положительным отношением больного к лечению. Исходя из этого в предварительной беседе нужно растолковать больному сущность лечебного способа, добиться, дабы он сам содействовал вызыванию у себя гипнотического состояния. Сначала лечения направляться ориентировать больного на то, что глубина сна серьёзное, но не обязательное

условие успешности лечения. Не рекомендуется на первых сеансах быть весьма категоричным и давать слово больному через чур очень многое. Лучше ограничиться внушением характера: улучшение сна, бодрости, уверенности в своих силах и успехе лечения.

Формула лечебного внушения зависит от поставленной цели, этапа лечения и глубины гипнотического сна. Умелый психотерапевт ощущает состояние больного, улавливает глубину его сна и в соответствий с этим меняет формулу внушения.

В последние годы все более широкое распространение получает проведение сеансов гипнотерапии посредством магнитофонной записи формулы внушения. Принципиальных возражений данный способ не вызывает, однако наш обширный опыт говорит о том, что механический гипнотизер не имеет возможности заменить живого общения с психотерапевтом, особенно в случае если речь заходит о детях с пограничными нервно-психическими расстройствами.

Самовнушение. В случае если при внушении очаг концентрированного возбуждения в коре головного мозга ^возникает в следствии действий внешних раздражителей, то при самовнушении он может появиться благодаря оживления и тренировки внутренних ассоциативных связей. Самовнушение по силе действия не уступает внушению в состоянии обморока. Самовнушение возможно непроизвольным и произвольным. Непроизвольное самовнушение, в большинстве случаев, несет в себе замечательный эмоциональный заряд. Произвольное самовнушение быть может, в случае если сосредоточивать мысли на каком-либо одном представлении. Методом самовнушения возможно воздействовать не только на психические процессы, но и на кое-какие висцеральные функции организма. Эта особенность самовнушения легла в базу религиозного учения йогов и в далеком прошлом употребляется в народной медицине.

С лечебной целью чаще всего используются способы Куэ и аутогенной тренировки.

Способ Куэ может употребляться самостоятельно либо в комплексе с другими способами психотерапии. Сущность его сводится к тому, что для каждого больного, учитывая темперамент его нервно-психических расстройств и форму нарушения поведения, вырабатывается личная формула самовнушения.

Формы девиантного поведения

Эта формула, которая состоит в большинстве случаев из 3—4 фраз, мысленно либо вслух повторяется больным 20—25 раз.

К примеру, в условиях групповой зависимости от алкоголя либо наркотиков, больной внушает себе: Мое решение победить тягу к вину (наркотикам) окончательное. Какой бы предлог ни выставляли приятели и как бы меня ни упрашивали, в любом случае не поддамся уговорам, не поменяю своему решению. Сеансы проводятся в течение 1—2 мес по 3—4 сеанса в сутки, любой длительностью в среднем 2—3 мин. На протяжении сеанса нужно уединиться, сесть в кресло либо лечь на диван, не обращать внимания и расслабить мускулы. Хорошо применять для данной цели переходные состояния между бодрствованием и сном.

Несомненным преимуществом самовнушения если сравнивать с гипнотерапией есть то, что больной сам участвует в ходе лечения, а сеансы самовнушения возможно проводить в любой обстановке и в любое время.

Аутогенная тренировкам классическом варианте (ЗсЬиИг, 1931) складывается из шести подготовительных упражнений, рассчитанных на вызывание трансформаций соматического характера (начальная ступень тренировки), и упражнений высшей ступени, цель которых обучиться приводить к особым душевным. Техника аутогенной тренировки детально обрисована в намерено посвященных этому вопросу монографиях (В. С. Лобзин, М. М. Решетников. Аутогенная тренировка. Л. 1986, и др.).

В базе подготовительных упражнений лежит принцип самовнушения ощущений спокойствия, тяжести и тепла в теле, регуляции ритма дыхания и работы сердца. При долгой тренировке возможно добиться вызывания необычного сновидного состояния расщепленного сознания, в то время, когда больной задает себе вопросы и сам отвечает на них. Возможно, к примеру, воспроизвести сцену приглашения выпить в компании друзей в этот самый момент же внушить себе: Я ухожу из помещения каждый раз, когда речь идет о выпивке. Я не желаю быть пьяницей. Я желаю жить, как все. Так же возможно воспроизвести, а последующими тренировками закрепить сцены выхода из делинквентной либо негативной сексуальной ситуации.

Я. Г. Голанд (1983) при психотерапевтической коррекции сексуальных девиаций выделяет три этапа аутогенной тренировки: 1) начальную степень по Шульцу с переключением внимания с психосексуальных пережи-

ваний на внушение соматических ощущений тяжести, тепла и т. д.; 2) образную тренировку (верховная ступень) сцен эстетического восприятия лица противоположного пола и адекватного эротического отношения к ним; 3) образную тренировку спокойного, равнодушного отношения либо кроме того эмоции отвращения к привлекательным ранее сексуальным девиациям.

В ходе проведения аутогенной тренировки принципиально важно добиться от больного творческого подхода к лечению. Психотерапевт лишь растолковывает ключевые принципы, цели и задачи способа, но реализует их любой больной по-своему, создавая свою систему образов, команд, понятий, представлений. Иначе говоря любой больной формирует свой вариант аутогенной тренировки.

Активное участие больного в лечении — несомненное преимущество способа. Однако здесь уместно напомнить слова, каковые создатель способа ЗспиИг высказал еще 56 лет тому назад. В предисловии к первому изданию своей монографии Аутогенная тренировка — сосредоточенное саморасслабление, размещённой в 1932 г. он писал: Настоятельно предупреждаем читателей, не имеющих отношения к медицине, о недопустимости применения нашего способа самостоятельно либо с посторонней помощью без врачебного контроля; так как по своей внутренней сути аутогенная тренировка направлена на перестройку сознания человека, ее нужно осуществлять под медицинским наблюдением.

Домашняя психотерапия—один из серьёзных элементов психологической коррекции поведения ребёнка. Она направлена на изменение межличностных взаимоотношений в семье, и на привитие ребёнку и членам его семьи социально приемлемых навыков поведения и способов личностного реагирования (В. К. Мя-гер, 1973; Э. Г. Эйдемиллер, 1980).

Выделяют следующие основные этапы домашней психотерапии: 1) изучение семьи ребёнка (домашняя диагностика); 2) ликвидация напряженных конфликтных внутрисемейных взаимоотношений; 3) реконструктивный и 4) поддерживающий этапы.

На начальной стадии принципиально важно собрать подробный анамнез не только больного, но и членов его семьи, распознать темперамент внутрисемейных взаимоотношений, выяснить тип неправильного воспитания, а основное, установить причинно-следственную связь между нарушением поведения и психическим климатом семьи у ребёнка. На этом

этапе, пожалуй, самое тяжёлое — установление психологического контакта как с больным, так и с его родителями. Дети остро ощущают фальшь, лицемерие, не хорошо переносят нравоучительный тон. Исходя из этого отношение психотерапевта к ребёнку сначала должно быть неформальным и искренним. В беседе с больным доктор, не обращая внимания на свой возраст и пол, должен занять позицию старшего доброжелательного товарища. Это не свидетельствует, что необходимо во всем потакать ребёнку, подстраиваться под его интересы и настроение. Время от времени, особенно в отношениях с неустойчивыми и истероидными детьми, более действен строгий, требовательный настрой диалога. Вместе с тем доктор неизменно должен относиться к ребёнку как к личности, имеющей право на определенную самостоятельность как в мышлении, так и в поступках.

Установлению психологического контакта с ребёнком оказывает помощь знание типа изюминок характера, специфических для этого возраста личностных реакций (эмансипации, группирования, самоутверждения и др.), компетентность в вопросах и интересах, родных детям.

Не меньшие трудности видятся при установлении психологического контакта с родителями подростков, особенно в негармоничных семьях с порочными формами воспитания. Так, для своих родителей, воспитывающих детей по типу потворствующей гиперпротекции, характерна активная, нападающая манера поведения. Они не обожают выслушивать чужое вывод, склонны к монологам, в которых превозносят преимущества своего ребенка и обличают всех, кто не понимает его либо виновен в его неудачах. Таких своих родителей в первую очередь необходимо терпеливо выслушать и уже позже неспешно включить в обсуждение неприятностей воспитания ребёнка. У своих родителей, воспитывающих детей в условиях гипопротекции, безнадзорности, равнодушия, в большинстве случаев снижена критика к создавшейся ситуации. Взаимоотношения в семье они. считают простыми, а поведение ребёнка обычным. В семьях, где сформировались условия эмоционального отвержения и твёрдого обращения с детьми, часто приходится видеться с лицемерием, ложью, камуфлированием подлинного положения вещей.

Второй этап, происходящий по большей части в форме односторонних встреч психотерапевта с ребёнком и роднн телями, направлен на ликвидацию конфликтных взаимо-

взаимоотношений в семье. Выступая в роли посредника, психотерапевт выдает для каждой из сторон лишь ту данные, которая имела возможность бы стать базой для примирения либо сближения позиций сторон. Принципиально важно, дабы и родители, и ребёнок осознали подлинную обстоятельство и механизм конфликтных взаимоотношений. Родителям необходимо поведать об изюминках характера, о возрастных поведенческих реакциях ребёнка, а ребёнку оказать помощь осознать личностные особенности и мотивы поведения своих родителей.

На третьем этапе осуществляются групповые дискуссии внутрисемеиных неприятностей. Главное направление работы содержится в попытке привить детям позитивные навыки поведения и в обучении всех членов семьи гармоничным взаимоотношениям.

На последнем этапе проводятся консультативные и психотерапевтические беседы с целью поддержания тех новых форм внутрисемеиных взаимоотношений, достигнуть которых удалось в ходе всей предыдущей работы.

направляться постоянно помнить о том, что супружеская жизнь — это весьма интимная сфера жизнедеятельности людей. Исходя из этого доктор может выступить только в роли деликатного и доброжелательного посредника, содействующего нормализации домашних взаимоотношений.

Групповая психотерапия. Разработке лич-ностно-ориентированной (реконструктивной) психотерапии в групповой ее форме содействовали работы В. Н. Мясищева (1960), А. Л. Гройсмана (1960), С. С. Либиха (1974), В. М. Шкловского (1985), Д. С. Слуцкого (1986) и др.

По определению Б. Д. Карвасарского (1985), данный способ психотерапии предполагает сознательное и целенаправленное применение всей совокупности взаимоотношений и сотрудничеств, появляющихся в группы между ее участниками. в лечебных целях — как чтобы любой участник группы имел возможность показать самого себя, так и для в группе действенной системы обратных связей.

Оптимальными по составу нужно считать малые группы, включающие 8—12 подростков, родных по возрасту, интеллектуальному формированию, со сходными жизненными проблемами и нарушениями поведения. На занятиях чаще употребляются активные вербальные способы. Наиболее адекватным для подростковой группы есть способ анонимного дискуссии по Либиху.

Психотерапевт приводит как пример историю жизни не известного группе ребёнка с девиантным поведением, а группе предлагается высказать свои суждения по поводу приведенного примера. В ходе дискуссии у членов группы появляется возможность сравнить свой жизненный путь с жизнью анонимного ребёнка и посредством психотерапевта выстроить модель собственного поведения в аналогичных обстановках. Основная задача психотерапевта наряду с этим содержится в стимулировании и недирективном ориентировании группы и отдельных ее членов на адекватные формы поведения.

Предметом дискуссии возможно одна из предложенных психотерапевтом тем: Я и моя семья, Винои наркотики, Свободное время, Что такое дружба,Как я понимаю счастье и т. п. Психотерапевт командует ходом дискуссии, но пытается не подавлять активность подростков и поощряет их к свободному обменумнениями. •

На отдельном занятии возможно провести разыгрывание ролевых обстановок. Наряду с этим темы, так же как и при дискуссии, смогут быть самыми разнообразными: Ночной приход, Тяжёлый разговор, Незаслуженная обида, Моя компания и т. п. Занятия возможно строить следующим образом: пара подростков разыгрывают тему, а остальные комментируют их поступки и высказывания.

Наровне с адекватными вербальными способами на занятиях смогут быть использованы и невербальные способы психотерапии, такие, к примеру, как проективный рисунок, психогимнастика, пантомима, музыкотерапия и др.

Медикаментозная коррекция. Медикаментозные средства при коррекции нарушений поведения имеют вспомогательное значение и используются в большинстве случаев в сочетании с психотерапией. Они действенны при невротических и аффективных расстройствах, довольно часто сопровождающих девиантное поведение, либо в тех случаях, в то время, когда нарушения поведения бывают проявлением нервно-психических болезней.

Клинический опыт говорит о том, что нарушения поведения чаще видятся при психопатиях, неврозах, резидуально-органических нервно-психических расстройствах и олигофрении (В. Я. Семке и др. 1982; Л. А. Бу,-халова, С. Н. Зинченко, 1986; В. И. Илюнин, О. Д. Сосю-кало, 1986; М. И. Рыбалко и соавт. 1986, и др.).

Выбор психотропных средств зависит от форм нарушения поведения, глубины сопутствующих невротических расстройств, характера и степени выраженности нервно-психических нарушений.

Психотропные препараты довольно часто используют в комбинации с ноотропами (аминалон, пантогам, пиридитол, фенибут) и другими медикаментозными препаратами. Л. В. Денисова и соавт. (1986) информируют о нормализующем влиянии на поведение подростков с умственной отсталостью фолиевой кислоты (из расчета 1 мг/кг массы).

В любых ситуациях медикаментозная терапия возможно лишь основанием, базой для психотерапевтической коррекции поведения.

Главным же в профилактике девиантного поведения у подростков есть первичная профилактика с ее четкой социальной направленностью.